Андрей Ангелов

Парадокс

Аннотация от «Эксмо»

   Ясным апрельским днем девятиклассник Клюев спешил в школу и вдруг обнаружил «Машину времени». Совсем небольшую, можно сказать — портативную. Мог ли сообразительный школьник пройти мимо?..

По мотивам снят кинофильм.

 

 1. Урок географии

Тема школьного урока звучала «Народы мира». У классной доски топталась худющая Тупицына, она вяло тыкала указкой в карту мира, и скучно гундела:

— Население Земли… сейчас… состоит из семи миллиардов человек… В Европе живут европейцы… В Китае китайцы…

Ученицу внимательно слушал Никита Петрович Носов – учитель географии. Лет пятидесяти, с окладистой черной бородой, что мягкой волной падала ему на грудь.

9 «Б» класс, следуя многолетним школьным традициям, занимался своими делишками. Кто чем —  каждый в меру умственного развития, способностей и желания:

Катька Грязнулькина тщательно жевала шоколадку. Белобрысенькая, конопатенькая умница!

Румянцев и Шульгин играли в «морской бой». С оглядкой на учителя! Разлагатели дисциплины, клоуны.

Люся и Лада ехидно улыбались, поглядывая на Тупицыну. Отличницы. На переменке будет кого обсудить!

Саня Сидоркин самозабвенно уставлял личный атлас автографами. Пыхтя и не в силах оторваться! Упитанный увалень, хорошист.

Вика Авоськина листала журнальчик с гламурной кисой на обложке. Формы тела округлые, крашенные губки бантиком, глаза с томной поволокой. В ушах рандолевые серёжки!

Валя Валуева наслажденчески зевала, вполуха слушая Тупицыну. Рост под два метра. Мускулистые руки с острыми ухоженными ногтями. Короткая стрижка. Кривые ноги «росли из плечей»!

Один школьник «точил» чипсики, другой переписывал «домашку» по алгебре, третий шептал себе под нос невыученный стих, пятый слушал музыку, восьмой строчил смс… Всё, как обычно. Слышалось чирканье ручки и слабое чавканье.

— В Северной Америке живут северные американцы, — бубнила Тупицына. – В Мексике мексиканцы и текила…

— Никита Петрович, можно задать вопрос Тупицыной? – попросила с места Валуева.

Ученица у доски прервала монолог, с опаской посмотрела на Валю. Носов в раздумье огладил бороду:

— Можно.

Валуева кивнула учителю в знаке благодарности. И безапелляционно спросила:

— Тупицына, какой государственный язык в Австралии?

Ученица у доски расслабилась. Валуева известна своим зловредным поведением по отношению ко всем, на кого она обращает внимание. Но сейчас, похоже, её интересует только данный вопрос! Интернета под рукой нет, а Вальке срочно вздумалось узнать, любопытство гложет… Да не проблема, самой любопытно выступить в роли Интернета:

— Государственный язык в Австралии – австралийский, — сказала Тупицына.

— Дура ты дурацкая! – визгливо крикнула Валуева на весь класс. – Ты не Тупицына, а тыы… мегаТупицына!..

9 «Б» сжался, холодеющий страх заполнил школярские головы. Валя разозлилась не на шутку! Внезапно и сразу. Она всегда так злится. И важно не попадаться под её взгляд, тогда пронесет… Тупицына мгновенно вспотела всем своим юным телом!.. Носов мужественно оттянул взгляд Валуевой на себя:

— Что такое, Валя? – строго молвил учитель, мня бороду. – Если есть претензия, то предъяви её мне.

— Я веду себя тихо, как мышка, — зевнула Валуева.

— Мышки не разговаривают подобным тоном, — заметил Носов. — Напомню, они вообще не разговаривают. И мышки не перечат учителям, потому что не ходят в школу. А ещё мышки не сидят по три года в одном классе…

— Вот не надо, Никита Петрович, попрекать меня учёбой! – невежливо перебила Валуева. – То, что я три года подряд учусь в девятом классе, не доказывает мою тупость… У нас свободная страна и я буду здесь учиться столько, сколько считаю нужным. Я так хочу, сама! И если вы, Никита Петрович, хотите меня оскорбить… — Валя встала, уперев мощные кулаки в крышку. Парта затрещала.

Страх отпустил, класс с любопытством наблюдал за дискуссией.

— Стоп, Валуева! – учитель хозяйски хлопнул ладонью по столу. – Мы на уроке географии, где занимаемся только предметом. – Он нервно потеребил бороду. – Сядь, Валя. Всё, что ты обо мне думаешь – скажешь после занятия. Хорошо?

Валуева разжала кулаки и нехотя опустилась на стул. Класс с легким разочарованием вздохнул.

— Ступай на место, Тупицына, — Носов прошелся у доски и отечески улыбнулся: — Запишем тему нынешнего урока, ребята.

Сейчас же открылась и закрылась дверь кабинета. На пороге возник опоздУн! Клюев обладал спортивной фигурой и способностью влюблять в себя девочек.

— Простите, Никита Петрович! – выпалил красавчик. – Я зайду?..

— Ты уже зашел, — поправил Носов. – И коли уж зашел – проходи. Авоськина, убери свой журнальчик.

— Спасиб… — поблагодарил Клюев и пошагал к своей парте. Для того, чтобы туда попасть – опоздуну требовалось пройти мимо Валуевой. Парта Клюева располагалась как раз перед партой Вали… Валуева, по привычке, подставила ножку. Клюев, по привычке, через ножку перепрыгнул. И опустился на свое место, рядом с Сидоркиным.

— Привет-привет, Димчик! – немедленно вполз в Клюевские уши ехидный полутон. Острый ноготь ткнул между лопаток.

— Валуева, пристань к Румянцеву! – на автомате буркнул Клюев. И крикнул тихим шепотом:

— Саня!

Уж что—что, а чьё—то там бурчание Валуеву остановить точно не может! Валя решила пристать к Клюеву, и никто не способен помешать, пусть хоть целый мир против… Однако пикнула смс. Кто посмел отвлечь?.. Ага, это мама, надо ответить… Клюев никуда не денется за пару минут. Валя застрочила ответную смс—ку. Вообще, набирать смс ногтями, а не пальцами – мука, но гораздо большая мука не иметь вообще красивых ногтей…

— Саня! Отзовись уже! — в отчаянии шепнул Клюев.

Сидоркин чиркнул очередной автограф, с оценкой глянул на испещрённый росписями  атлас. И флегматично отозвался:

— Ну?

— Ты даже не догадываешься, почему я опоздал!

— Не догадываюсь… — Сидоркин перевернул страницу и нацелил туда ручку.

— Хватит заниматься глупостями! Лучше послушай! – Клюев дёрнул друга за рукав.

Одноклассник с сожалением отвлёкся. Мазнул настороженным взглядом по Носову, что вводил в курс новой темы. Посмотрел на Клюева изучающе:

— Я слушаю.

— Саня, я… ты не поверишь… со мной произошло нечто нереальное!

— И что же? – Сидоркин напоминал невозмутимого оленя.

— Саня… я нашёл машину времени!

— Поздравляю!

— Ты не иронизируй. Я серьёзно!

— Я тоже серьёзно и со всей искренностью тебя поздравляю.

— Погоди, — Клюев обречённо выдохнул. – Ты не понял. Я на—шёл ма—ши—ну вре—ме—ни!

— То есть… ты… шёл—шёл по улице и вдруг увидел, что на дороге лежит машина времени? Ну и… ты, конечно, её подобрал и двинулся дальше? – подмигнул друг.

— Да! Так всё и было! — торжественно кивнул Клюев.

— И где она у тебя стоит? Дома, верно?..

Клюев полез за пазуху, достал чёрную коробочку, протянул на распахнутой ладони:

— Вот она!

На ладони лежал обычный с виду калькулятор. На крышке скотчем была укреплена бумажка. На ней зеленели буквы, выведенные фломастером: «МАШИНА ВРЕМЕНИ».

— К машине времени и инструкция есть. Рядом лежала… Я целый час её изучал, почему и опоздал. Покажу на перемене.

Сидоркин, наконец, засмеялся! Насколько можно смеяться шепотом:

— Я похож на толстого дурака! Правда?..

— Правда, – согласился Клюев, поводя спортивными плечами. – По внешнему виду сходство поразительное! Но… ты мой друг и мне неважно, на кого ты похож. И ещё: я точно знаю, что ты хоть и толстый, только не дурак.

— Не называй меня толстым, — обиженно нахмурился Сидоркин. – Я знаю, что я не мускулистый покоритель женщин. Но я и не толстый.

— А какой же? – удивился Клюев. Немедленно в плечо вонзился длинный ноготь, и голос Валуевой нежно шепнул в ушко:

— Димчик, ты ведь не забыл про меня?

Клюеву нравилось быть объектом пристального женского внимания. На самом—то деле! Валя Валуева – это сначала девушка, а потом уже эпитеты. О вкусах не спорят, если что, тем паче, в пятнадцать лет – в период полового созревания. Однако… сейчас не до «любовной игры», слишком важный разговор. Что не терпит отлагательств! Надо сделать так, чтобы Валя отстала, и это довольно просто для знатока женской природы… Клюев резко обернулся и выпалил горячим шепотом:

— Валуева! У тебя свинячьи глазки, коровьи титьки и куриные мозги! Поэтому найди себе козла для пары, а меня не трогай! Ясно?

Валя… несказанно изумилась. На ресницах заблистали слёзы обиды. Пожалуй, Клюев переборщил, не стоило… Ой, не стоило, Димчик! Валуева основательно взяла Клюева за горло и нацелила добрый кулак ему в челюсть.

Сидоркин принялся неловко высвобождать друга, но хватка у Вали была железной.

— Ой—ёй—ёй… — просипел Клюев, пытаясь отстраниться. Он вытянул назад руку, хватаясь за свою парту как за опору, рука сначала нащупала… атлас Сидоркина, а после… машину времени. В мозгу тотчас созрел выход! Клюев схватил найденный аппарат и практически наощупь защелкал кнопками:

— Два… ноль… один… два… Теперь месяц и… день… Ещё и час с минутами…

— Что ты делаешь? – успел поразиться Сидоркин, безуспешно пытаясь оторвать руку Вали от горла друга.

— Перемотаем время на пять минут назад! – захрипел Клюев. – Я спасу себя от увечий, а Валуеву от колонии для малолеток!

 

На троицу никто не обращал внимания. Виной тому был диалог учителя с ученицей. Класс с радостным вниманием слушал.

— Авоськина, положи свой журнальчик на учительский стол! – требовательно просил Носов, трогая бороду.

— Зачем вам мой журнал, Никита Петрович? – не понимала Вика, дуя губки.

— Мне гламурный журнал не за чем, как и тебе самой, — усмехался Носов. – На уроке точно…

 

— Держись за меня крепче! – выкрикнул Клюев, нажимая Синюю кнопку. Мгновение и… Время проглотило мальчишек! Друзья исчезли! Растаяли в воздухе! Испарились!

Автор не отследил реакцию класса и учителя на исчезновение героев. Автор наблюдал за парочкой друзей, что улетели в прошлое. А в двух местах одновременно быть нельзя.

 

2. Бородатый рыбак

— Дим… где мы? – громким шепотом спросил Сидоркин, не открывая глаз.

Клюев уставился на панель машины времени — всё, что он пока видел:

— Тысяча девятьсот семьдесят девятый год!

— А!? – Сидоркин тотчас же открыл глаза. – Что?..

— Мы вернулись в прошлое на… тридцать шесть с половиной лет назад, — до Клюева только сейчас дошел смысл того, что он сам и сказал.

Ребята изумленно осмотрелись… Светило яркое солнце. Друзья стояли на уютной зелёной лужайке. Справа лежали руины дома, слева поднимался высокий холм. Прямо – река с рыбаком, сзади шелестел листвой редкий лесок.

Сидоркин спанаромировал взглядом окрестности, машинально перехватил атлас, что переместился вместе с ним. И заорал:

— Ты обещал вернуться на пять минут!

Клюев мельком оглядел округу, спрятал машину времени в карман. И покровительственно улыбнулся:

— Теперь—то веришь, что это полноценная машина времени?

— Мне плевать! Я не хочу жить в тысяча девятьсот семьдесят девятом году!

— Вообще—то я тыкал кнопки в сложных обстоятельствах! – логично возразил Клюев. – Посмотреть, что бы ты натыкал на моем месте…

— Я бы не оказался на твоем месте, — кипятился Сидоркин. – Просто потому, что не оказался!

— Да ладно, Саня, — примирительно сказал Клюев. – Случилось и случилось. И ничего уже не изменишь…

— Не изменишь! — поразился Сидоркин. Ошалело посмотрел на атлас. – Значит, для тебя это ерунда? Только… знай, что для меня это не ерунда! Между прочим, родители обещали мне на день рождения велосипед, а праздник через три дня!

— Саня, чего ты суетишься? – урезонил Клюев. – От тебя истерики я точно не ожидал.

— А чего ты ожидал!? – возмутился Сидоркин. – Думал, что я толстокожий и бесчувственный баран и меня ничего не проймёт?

По лицу Клюева стало видно, что он мыслил именно так, но Димчик благоразумно промолчал.

— Представь себе, я тоже имею нервы и могу переживать! – скуксился Сидоркин. Он с отвращением отбросил атлас: – Да, я знаю, что чересчур упитанный, не очень умный и не блещу красотой. Но я не баран и ничто человеческое…

— Саня, успокойся, — Клюев хлопнул друга по плечу с ободряющей улыбкой. – Изменить ситуацию я не в силах, но… мы можем вернуться назад в любой момент! Если захотим.

— Правда!? — с надеждой спросил Сидоркин.

— Положись на мою машину времени, — снисходительно ответил Клюев. – И раз мы оказались в ТАКОМ прошлом, то неплохо бы здесь немного побыть и осмотреться. Вон сидит местный житель, удит рыбку, пойдём, расспросим.

— Тогда вперёд! – заметно ободрился Сидоркин.

— Погоди, — Клюев поднял атлас и подал другу. – Советую не разбрасывать свои вещи и ступать как можно осторожней. И ничего тут не трогать!

— Почему? – удивился Сидоркин, послушно беря атлас.

— Ты не читаешь фантастику?

— Читаю. Иногда. Только при чём?..

— При том! Писатели—фантасты… заметь, не один… а, наоборот, все, как один…  Другими словами, в один голос,  утверждают…

— Ты можешь короче?

— Я просто хочу, чтобы ты прочувствовал важность информации! Поэтому так длинно…

— Имей в виду, я ничего не понял из твоей длинной речи, — предупредил Саня. – И если ты и дальше будешь говорить так же длинно, не пойму ещё больше!

— Сбил мысль, — Клюев наморщил лоб. – Итак… писатели—фантасты предупреждают о том, что любое материальное вмешательство в прошлое может привести к парадоксу в настоящем. В доказательство авторы оперируют малопонятными научными терминами, делают сложные логические выкладки… Тем не менее, суть теории парадокса я уловил. А парадокс, как тебе известно… надеюсь, что известно – это нарушение закономерного порядка вещей! – Он немного подумал: — Например, если мы ненароком сломаем здесь веточку или раздавим жучка, то, вернувшись назад, можем обнаружить, что…

— Что, чёрт возьми? – не выдержал Сидоркин двухсекундной паузы.

— Мы можем перестать быть друзьями! – рубанул Клюев. – Или вернёмся и превратимся в девчонок. Ты хочешь стать девчонкой?

— Не хочу!

— Тогда идём к рыбаку, внимательно смотря под ноги, — Клюев потихоньку двинулся к реке.

— Дим! – догнал возглас Сани.

— Что ещё?

— Теорию парадокса ты взял из рассказов, которые являются фан—тас—ти—кой! — подытожил Сидоркин. – Теория – это всего лишь предположение, а в случае с писателями ваще байка. Писатели не были в прошлом и выдумали свои истории. Никто не знает точно, как всё происходит на самом деле.

— Вот именно, — согласно кивнул Клюев. – Никто и никогда в прошлом не был. Кроме нас, ведь мы—то в прошлом. И лишняя страховка не повредит.

Димчик пошел к реке.

— Стоило находить машину времени, чтобы вести себя в прошлом, как в музее! – буркнул Сидоркин, двигаясь следом. – Только рассматривая и ничего не трогая.

Друзья, передвигаясь чуть ли не на цыпочках, приблизились к рыбаку. Тот сидел спиной к парочке и не слышал мягких шагов по травке.

— Эй, чувак! – заорал Клюев рыбаку чуть ли не в ухо. – Ты местный?

Рыбак оторвался от созерцания поплавка, повернулся к парочке фасом. На дружбанов смотрело лицо мальчишки лет пятнадцати, с окладистой черной бородой, что мягкой волной падала ему на грудь. Знакомая борода на знакомом лице!

На самом-то деле люди с возрастом не меняются. Как внутренне, так и внешне. И вы легко узнаете своего знакомого спустя много лет. Каким он был в пятнадцать, таким остался и в пятьдесят, и наоборот. Борода – это повод, но не критерий!

Рыбак добродушно улыбнулся:

— Привет, ребята. Вы кто и откеда?

Дети XXI века немного удивились. Выпученные глаза, судорожные сглатывания, пониженная реакция, запинки речи… — всё как всегда и у всех.

— М-меня зовут Дим-мка, а его Сан-ня, — Клюев как робот показал рукой на друга.

— Мен-ня зовут С-саня, а его Димк-а, — Сидоркин скопировал движение «попутчика».

— А меня Никита Носов. Меня тута все знают. – Рыбак оглядел визитёров с головы до ног, завистливо поцокал языком. – Одёжа у вас классная. Сразу видно – городские…

— Никита Петрович! – икнул Сидоркин.

— До «Петровича» я не дорос, — улыбка рыбака трансформировалась в недоумение. – Неужто мы знакомы?

— Мы знакомы… — начал, было, Клюев.

Увалень круто развернулся и побежал прочь. Резко и прытко, несмотря на вес!

— Саня!.. Простите, Никита Петрович, — Клюев бросился следом. – Саняяя!..

— Куда вы? – рыбак простёр сожалеющую руку. – Хм. Что толстяка так напугало? Моя борода?..

Вдруг рыбак глянул с прищуром куда-то в одну точку и отложил удочку. Встал и… сделал шаг, второй, третий… нагнулся… Рожица отразила гамму чувств: любопытство, удивление, восторг! Оп—па!

 

3. Убить комара

Тяжело дыша, Сидоркин подбежал к массивной берёзе. Сопя и отдуваясь, присел на траву, прислонился к стволу. Через секунду из зарослей кустарника показался и Клюев. Подошел, держась за правый бок, бухнулся рядом на попу.

В течение минуты слышалось лишь затруднённое дыхание двух мальчишек.

— Димка, это слишком! – вымолвил, наконец, Сидоркин, поднимая на друга растерянные глаза. – Пять минут назад мы разговаривали с чуваком, который как две капли воды похож на нашего учителя географии! Более того, этот чувак и наш учитель – один и тот же человек! А его борода…

Клюев поднялся, отряхнул задницу. И перебил:

— Километр бежал за тобой!.. Уф… Встретили маленького учителя, и что? Мы в прошлом, парень! А его борода – это, по ходу, редкая болезнь, которая…

— Типа пойдём к нему и поболтаем?!

— Почему бы и нет…

Сидоркин медленно встал и зловеще сказал. Глядя глаза в глаза! Чтобы наверняка дошло…

— Такие временные парадоксы не для меня! Верни меня домой, а сам можешь вернуться и поболтать с маленьким Никитой Петровичем! – Он с яростью хлопнул себя по шее.

— Что ты сделал? – немедленно отреагировал Клюев.

— Что значит «что»? Высказываю своё мнение. Хочу в наше настоящее!

— Неет, что ты сделал прямо сейчас! – Клюев глядел очень тревожно. Он  провёл пальцами по шее друга и расширенными от испуга глазами уставился на свою ладонь.

— Ты убил комара!? – прошептал Димка, с ужасом осматривая раздавленное насекомое.

— Убил, — подтвердил Сидоркин, почесывая шею. – Он меня, гад, укусил.

— Забыл, о чём я предупреждал!? – прошипел Клюев. – Теперь может случиться страшный парадокс!

— Так, – строго вымолвил Сидоркин. – Хочешь оплакать комара – не вопрос. Только сделать это надо в наше время.

— Придурок! – заорал Клюев. – Ты не понимаешь ни черта! Сейчас может случиться всё, что угодно! Вплоть до начала атомной войны!..

— Ага, значит, виноват я? – кротко спросил Сидоркин. – Это я нашёл машину времени? Мне пришла дурацкая идея её испытать прямо на уроке? Я настроил машину так, что мы улетели на тридцать с лишним лет назад! Я ничего не путаю?.. – Он взял друга «за грудки». – А если комары здесь заразные!? Я вернусь в настоящее и обнаружу, что болею неизлечимой болезнью или вовсе умер?

— Комар всё равно тебя укусил, — проявил логику Клюев. – И необязательно было его убивать. Я бы тебя понял, если б убивая комара, ты пытался предотвратить укус.

— Выходит, ты бы в данной ситуации поступил иначе? – поддразнил Сидоркин. – Махнул бы легонько рукой: «Мол, летите с моей шеи, господин комар, питайтесь кем—нибудь другим»? Или позволил бы набить комару брюхо своей кровью и дождался бы, когда он упорхнёт сам?

— Да! – торжественно кивнул Димка. – Я бы сделал именно так. Во имя нашего настоящего!

Если б у бабушки были колеса… Сидоркин громко захохотал и резко смолк. Потом поднес сжатые кулаки к Клюевскому носу:

— Комара уже не вернёшь. И на этом всё! Активируй машину времени. Я просто жажду сделать ещё десятку серых длинноносых трупов. Пока я держу себя в руках, но только потому, что берегу твои нервы!

Кажется, теперь дошло…

— Легко, — Клюев вытянул машину времени из кармана. Чуть задумался и стал сосредоточенно нажимать кнопки.

— Что подумали в классе, когда мы исчезли? Как считаешь… – спросил Сидоркин, чтобы нарушить тягостную паузу.

— Вопрос, который мало меня волнует. Наше отсутствие не заметили.

— Ты уверен!?

— Ясен перец! Положись на мою машину времени.

— Раз уже положился… Чуть крыша не поехала!

— Хорошо, я не уверен! – занервничал Клюев. – Возможно, наше отсутствие заметили. Не о том переживаешь! Что нас ждёт дома, известно одному Богу, который, впрочем, неизвестно, существует ли.

— Ты, правда, думаешь о возможности атомной войны!? – изумился Сидоркин.

— Я не утверждаю, но это может быть… Готово, держись за меня!

Друг обхватил друга. Клюев ткнул Синюю кнопку. Прошла секунда, вторая, третья, четвёр… И… Время проглотило мальчишек! Друзья исчезли! Растаяли в воздухе! Испарились!

 

4. Парадокс

В щелкающей тьме сыпались искры и змеились маленькие молнии. Послышался испуганный голос Сидоркина:

— Что?

— Глюк с машиной времени! – с волнением ответил голос Клюева.

— Ч—что это?

— Не знаю…

— Исправляй долбанный глюк, я не чувствую свое тело!

— Не могу… Машина времени выскользнула у меня из пальцев.

— Гдеее выскользнула!?

— В коридоре времени… Вряд ли… можно её найти. Наверное, я опять… снервничал и спутал параметры…

— А!? Ты хочешь сказать, что мы останемся в этом туннеле… навсегда?!

В глаза парочке друзей ударил электрический свет! От неожиданности они зажмурились, а через мгновение… услышали голос географа:

— Авоськина, положи свой журнальчик на учительский стол! – требовательно попросил Носов, трогая бороду.

— Зачем вам мой журнал, Никита Петрович? – не поняла Вика, дуя губки.

— Мне гламурный журнал не за чем, как и тебе самой, — усмехнулся Носов. – На уроке точно…

Ребята открыли глазки. Сидоркин сразу же бросился лихорадочно себя ощупывать!.. Клюев же, не обращая внимания на личную целостность, начал кидать вокруг настороженные взгляды. Класс с радостным вниманием слушал диалог учителя с ученицей. Носов мазнул по Вике укоризненным взглядом и… вдруг спросил у 9 «Б»:

 

— Знаете, о чем я думаю?..

— Не-а, – вразнобой ответил класс. С «равнодушным любопытством».

Преподаватель прошелся вдоль доски, мня бороду. Сел за свой стол. Мечтательно улыбнулся:

— Я бы очень хотел, чтобы с каждым из вас произошло нечто… как со мной. Чудо, случайность, странность, — как угодно!.. – Носов заговорщицки подмигнул классу.

 

— Вроде всё без изменений, — шепнул Димка соседу. – Кабинет географии в том же состоянии, что и перед нашим полётом в прошлое…

— Погоди! – Сидоркин почему-то чутко ловил каждое слово учителя.

— Что? – Клюев на инерции прекратил вертеться, и услышал следующее:

— Я жил в советской деревне. Существовали бедно, трудно и… скучно. Ни Интернета, ни нормального телевидения, ни хороших книг… Ничего не было! Однажды я пошёл порыбалить и встретил двух городских мальчишек, — учитель ностальгически запустил пальцы в окладистую бороду. – Мы немного поболтали, а потом мальчишки убежали. В непонятной спешке, откровенно… Они обронили чудную вещицу… — Носов порылся в портфеле и достал географический атлас. Показал его классу:

— Эта вещица так поразила меня, что я стал, буквально, бредить географией! И поступил после школы на геофак… Я не призываю следовать моему примеру, а я о том, что… мою жизнь поменял Случай. Таких случаев ой как не хватает! В вашей юной жизни, господа.

9 «Б» вдумчиво слушал, поймав лиричную волну. Иногда такое случается даже у детей нашей, насквозь порочной, Эпохи…

— Кстати, примечательная деталь, — добродушно усмехнулся Носов. – Страницы атласа испещрены автографами. Вероятно, городской мальчишка самозабвенно занимался их проставлением на своих уроках географии.

Класс сдавленно прыснул. Вика Авоськина убрала гламурный журнал в сумку.

— В спешке, удирая от юного Носова, я обронил атлас, — в шоке сообщил Сидоркин. — И вот случился…

— Парадокс! – докончил Клюев. – И я искренне рад, что он безобиден. Но… как же быть с убитым тобою комаром? Здесь надо ожидать другого парадокса. Только я его пока не вижу. А ты?

— Опять!?.. – зарычал Сидоркин.

Что—то острое чувствительно ткнуло Клюева между лопаток. Димка озадаченно нахмурился, а потом… иронично заулыбался и повернулся назад:

— Валу…ева! Как я мог забыть… Привет, влюблённая Валя…

Клюев осекся. Улыбка ретировалась. Взгляду «путешественника» предстал здоровый, наголо бритый парень, со сросшимися бровями. Чем—то похожий на орангутана. В руке он держал шариковую ручку, коей (по всей видимости) и ткнул Димку. Парень хмуро улыбнулся, обнажив кривые зубы:

— Привет-привет, Димчик!

— Ты к—кто?.. – как-то беспомощно заморгали друзья.

— Эй, ты чего? – забеспокоился здоровяк. Глянул на Сидоркина, похожего на статую. – А ты чего?

С боевым треском распахнулась дверь кабинета! Вошла нескладная женщина лет пятидесяти. Рост под два метра. Мускулистые руки с острыми ухоженными ногтями. Короткая стрижка. Кривые ноги «росли из плечей»!

Носов, пустившийся в воспоминания, смолк. И воскликнул, поспешно поднимаясь:

— Ребятки, поприветствуем нашего дорогого и многоуважаемого директора!

9 «Б» подбросила в воздух невидимая пружина. До конца не понимая ситуацию, поднялись и дружбаны. Директор встала у классной доски и рявкнула:

— Сидеть!

Класс поспешно опустился на свои места. Носов переминался в смиренной позе.

— Так, детишки! – визгливо сказала директор. – Я пришла сообщить, что полчаса назад произошел мерзкий, возмутительный случай. У меня в кабинете пропал калькулятор – подарок начальства за идеальную службу. И я знаю, кто это сделал!

Женщина вперила зловещий взгляд в Клюева и практически прыгнула к нему.

— Попался, Димчик! – директор привычно схватила парня за горло.

— Валуева Валя?! – в ужасе прохрипел Клюев.

— Валентина Ильинична, Димчик! Сейчас пойдём ко мне в кабинет, и я выслушаю твои оправдания! Я тебя отучу воровать у любимой всеми директрисы!

Валуева перехватила Клюева за воротник и протащила к выходу. На пороге задержалась и произнесла воспитательным тоном:

— Клюев – бесчестный юноша, не имеющий совести! Ни одна девушка не должна с ним дружить!

Директор вышвырнула парня в коридор. Шагнула за ним, хлопнув дверью. Сидоркин  с сожалением посмотрел им вслед:

— Прости за то, что я убил комара, друг…

Класс облегченно заёрзал. Носов вытер испарину со лба. Бугай с задней парты тронул Сидоркина за плечо:

— Санчик, не боись. Я попрошу мамку простить Димчика. Сегодня она особо не в настроении… — задумчиво размыслил одноклассник.

— Валуева — это твоя мамка! – вскричал Сидоркин.

— Сегодня что, день насмешек!? – проявил агрессию бритый здоровяк. – Как же я проглядел в календаре!.. Девять лет на соседних партах, и ты меня… спрашиваешь о моей матери, которая всё это время руководит нашей школой! Кстати, если б не Коля Валуев – то Димчику давно бы пришел каюк!..

Сидоркин глядел-глядел на бугая и… вдруг искренне улыбнулся:

— Ну, здравствуй, Коля Валуев! По всему видно, что ты лучше третьегодницы Вальки, которая превратилась в ходячий  ужас из дурного сна. Будем дружить!

Негодование улетучилось из глаз одноклассника. Коля спросил с неподдельным любопытством:

— Кто такая третьегодница Валька?

— Спроси у парадокса, — усмехнулся Сидоркин. – Он точно знает…

Май 1995, 2014 (ред.), 2017 (ред.)

 


Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru