Катя. Роман на 22 страницах

«Произведение впечатляет. Как будто сжатый до предела роман… Неожиданный финал сильно воздействует на восприятие. Рассказ запоминается в целом, остаются в памяти многие фразы».

(Отзыв | Главный редактор холдинга «ACT»)

ООО «Издательство «Авторская книга»
Москва
2012

 

Скачать в 1 клик все книги

Домашний кинотеатр показывал мультик. Не умильную историю из бытия кошечек/слонят/львят/утят. Персонажами здесь являлись мужчина и женщина – в костюмах библейской парочки, а их история произрастала из животной похоти.

Женщина широко раздвинула бёдра, подставив партнеру Глубокую Сладострастную Щель.

– Ах! – тоненько постанывала Катя.

Мужчина яростно вдвигал в партнершу Двадцать Сантиметров до упора.

– Рррр! – с тембральной хрипотцой повизгивала Катя.

Она сидела на паркетном коврике и – с помощью звуковой программы «АА» – рожала голоса для неодушевленных героев «Рисованной Порнографии». Дело случилось в «Гостиной комнате с микрофоном».

* * *

Катя. Кареглазка с длинными стройными ножками. Представляла из себя красивую интеллигентку, с которой – между поцелуями – можно обсудить творческое наследие Фридриха Ницше.

Как часто в нашей жизни мы слышим это мягкое, обтекаемое и неприятное «Но»!

«Но» лишило Катю восхищенных мужских взглядов, приятных прикосновений и обсуждения наследия классика философии. Кареглазка не могла ходить, а могла лишь ползать. Лодыжки были скручены «дьявольской восьмеркой», вследствие редкой болезни!

– Такая патология выпадает одному на миллион, – объяснил профессор. – Советская наука пока не знает, откуда берётся патология и как её лечить.

Мама Кати выслушала мнение светила, лежа после родов в VIP-палате лучшего родильного дома страны.

– Вам лучше сдать малышку в интернат, – как бы между прочим добавил врач. – Спокойней жить будет.

Наталья Николаевна занимала должность первого секретаря в окружном горкоме. Префект по-современному. По роду деятельности ей приходилось много кричать, зачастую нецензурно, на толстокожих партийных членов. Поэтому, она привычными словами сказала доктору всё, что думает: о нём самом, о его роддоме и о его бабушке с чёртовым дедушкой!

Ненаглядную дочку мама забрала домой – в шикарную трехкомнатную квартиру в центре города: рядом с метро и автобусной остановкой.

* * *

Великая и могучая КПСС почила в бозе, единовременно туда же ушла мама. Папа был известен только Господу и Наталье Николаевне, братьями и сестрами Катю не обзавели, бабка с дедом отдались ГУЛАГу. Кареглазка осталась одна. Совсем.

В связи с рождением ущербной демократии, в стране произошла «Эпоха 1990-х годов»: перестали платить государственные субсидии, криминал объявил гражданам Войну, Семибоярщина плела интриги, цепляясь за трон с полумертвым самодержцем.

До кареглазки никому не было никакого дела. Кроме тёти Даши – добрейшей души самогонщицы из второго подъезда. Тётка не дала пропасть ребенку: приносила еду, платила за квадратные метры, покупала белье и одежду. И приватизировала Катину квартиру. Сделка не принесла ушлой самогонщице желаемых выгод, так как покойнице квартира ни к чему, а «превращение тёти Даши в труп» случилось аккурат в день подписания договора у нотариуса.

– Апоплексический удар, – равнодушно сказала толстая, дебелая врачиха.

* * *

Когда Кате исполнилось пятнадцать лет, жизнь в Криминальной России стала налаживаться. Престол занял Герой – начали платить пенсии и зарплаты, по тюрьмам распихали жульё и убийц, потенциал страны вырос – правда – в обратную сторону, туда – куда обычно растёт регресс.
Коридоры Власти заполонили преступники – из числа тех, кого не застрелили в 90-е. Мадагаскар целиком выкупили московские олигархи – вместе с местными тараканами и шлюхами, а Лондон сделался сибирской столицей.

Кареглазке было скучно то, что и как происходило описанное выше. У неё оказались умные мозги, а сосед-алкоголик работал библиотекарем. Он исправно поставлял нашей героине клиенток и требуемые книжки, а девчушка с их помощью зарабатывала: писала контрольные работы по истории, психологии, эстетике и литературе. Нерадивые студентки, вместо университетских курсов, повышали минет-квалификацию – за себя и за Катю, а их выручалочка все более самообразовывалась, плача в подушку некоторыми лунными ночами.

* * *

Житейские проблемы Кати с недавних пор решала фееричная Ася – девочка с зелёными глазами и без возможности говорить. Когда-то Асю похитили боевики Шамиля Басаева, саму превратили в рабыню, а её язык отрезали. Басаев вскоре подавился мышьяком, его банду зачистил спецназ ФСБ, и Ася вернулась домой, к пьющему аки адская белочка – дядьке, который и работал библиотекарем.

Знакомство произошло так. Ясным апрельским днем Катя расположилась у окна своей квартиры, с целью высмотреть знакомое лицо с просьбой сходить за хлебом. Но вмешалась Случайность – вместо знакомого лица кареглазка увидела незнакомое – лицо Аси. Спустя секунду нарисовался Symiosis и нагло толкнул девушек друг к другу. Через минуту Катя и Ася стали подружками, а по истечении часа – любовницами.

* * *

Однажды Кате повезло и сразу по-крупному! Журналисты, в непрестанных поисках сенсаций, узнали о кареглазке с «дьявольской восьмеркой» на лодыжках, мигом примчались и сделали сюжет. В эфир сюжет в итоге не вышел: руководство канала посчитало, что на порядочную сенсацию репортаж не тянет.

Тем не менее, за эксклюзивный репортаж Катя успела получить гонорар – домашний кинотеатр со звуковой программой «АА».

Продюсер съёмок, говоривший по-русски с американским акцентом, помог установить и настроить машину. Катя напоила мецената пуншем. А мистер Билли Смит, залихватски подмигивая и гылясь, рассказал десятку комиксов пошлого содержания. Кареглазка млела от внимания заморского самца, и бессчётно рассыпала по кухне колокольчики беззаботного смеха.

На другой день Билли пришёл вновь.

Катя проводила его в «Гостиную комнату без микрофона». Смит отказался от пунша, опустился на высокий пуфик, без предисловий достал диск и попросил его вставить в дисковод.

– Что там, Билл?

– This is porno, – кратко выразился янки.

Кареглазку проняло и она покраснела. Билли закурил и чётко сказал по-русски:

– Кэтти, я предлагаю тебе работу – дубляж порномультфильмов.

Затрепыхало сердце.

– Один час экранного времени – тысяча долларов.

Катя признала, что ей все нравится, а сердце замерло, предвкушая.

– Oil Right! – усмехнулся янки. – Я приду завтра, принесу микрофон и паркетный коврик.

Смит поднялся с высокого пуфика и пошел к выходу, кареглазка поползла его провожать.

На пороге Билли задержался, опустился на корточки, положил руку на плечо Кати и интимно шепнул:

– Детка, у тебя редкий тембр голоса, такой встречается у одной на миллион!

– У меня редкий паралич ног, который встречается у одной на миллион.

Две констатации не противоречили друг другу, и всего лишь констатировали.

– Я сделаю тебя порноактрисой! Тебя никто не будет знать the face, но все будут знать твой чудный голос. Ты… ведь ты хочешь этого?

– Хочу.

– Мы с тобой разбогатеем, детка. Goodbye, – Билли поцеловал Катю в губы, поднялся и быстро вышел.

* * *

В какой-то момент жизни кареглазка услышала мелодичный глас:

– Ты Катенька?

Вопрос изошёл от священника в сиреневой скуфье.

– Я, – такой глас кареглазка ждала всю жизнь, но все как-то была не судьба.

– Я – отец Михаил, протоиерей церкви Святой Троицы. Это за углом. Я хочу тебе помочь, – священник ободряюще смотрел ласковыми глазами.

Михаила одарили растерянной улыбкой и с честью посадили на высокий пуфик в «Гостиной комнате с микрофоном». Там святой отец проникновенно сказал:

– Господу все по силам, кроме человеческой души!

Катя с надеждой взалкала. Унеслась душа в рай!

Проповедь Михаила пестрела библейскими стихами и была окутана Высокопарным Пафосом.

– Иметь себя – это скучно! – авторитетно подытожил священник. И Катя стала прихожанкой церкви Святой Троицы. Михаил назначил себя её исповедником.

* * *

Ночи с Асей не прошли просто так – Катя «на отлично» справилась с тест-дубляжом! Билли Смит одобрительно пыхнул сигаретой и работа закипела!

Ася – на правах верной подруги – получила возможность увидеть кареглазку за микрофоном. Зрелище её так возбудило, что Катя была тотчас же повалена на паркетный коврик и сексуально обработана целиком. После этого случая Ася получила строгий запрет на своё присутствие во время озвучания.

«Бизнес и любовь – Понятия несовместимые!» – мыслила кареглазка.

* * *

– Искренность – та материя, что занесена Господом в «Красную Книгу Дивных Редкостей», – как-то раз поделился с Катей священник.

Тогда кареглазка рассказала батюшке о том, как она зарабатывает деньги.

Михаил отметил, что злато от греха и сие плохо. Однако оно тратится на доброе дело – а именно на храм Святой Троицы, поэтому Бог не против порнобизнеса.

– А связь с Асей? Мы любим друг друга, – стыдливо призналась Катя.

– Каждая взаимная любовь – это лотерейный билет с выигрышем. Который 1:100. Искомую лотерею проводит Бог, – без раздумий объяснил святой отец. – Замечу, что свой выигрыш ты заслужила.

Поистине, Михаил обладал «Великим Даром Убеждения». Катя полностью признала его правоту.

* * *

Батюшка всегда твердил, что уговорит Господа вернуть своей прихожанке полноценные ноги. Уговоры не помогали, но священник не отчаивался.

– Блажен тот, кто дошел до конца. И благословен тот, кто не свернул с пути, – учил Михаил. – Ты верь, Катенька! Денно и нощно. Тогда ты излечишься!

Кареглазка верила, только излечиться не получалось.

Лживым апрельским утром Катя прочитала интервью со своим исповедником. И уразумела, что Михаил имеет привычку уговаривать не только Господа, но и простых смертных. Поп плакался об убогой Божьей овечке с параличом ног, и призывал граждан дать денежку – кто сколько может. На дорогую заморскую операцию калеке! Именем Христа! Всем начхать на несчастное сладкоголосое дитя! Всем! Кроме Святой Церкви в лице Михаила, который за свой счет не только кормит и поит инвалидку, а и хочет её излечить современными медицинскими средствами! И вот треба денежку.

Искренним апрельским вечером состоялась последняя встреча Михаила и его прихожанки.

– Катенька, все не так! – страстно заявил пастырь. – Мои слова переиначили журналисты! Ты мне веришь!?

– Эх, – грустно сказала кареглазка. – Крысы вызывают во мне непреодолимый ужас.

С Церковью было покончено.

Билли отнёсся к этому равнодушно, как – впрочем – равнодушно он отнёсся и к тому, что кареглазка водилась с русским священником. Ему было наплевать на всё, что касается Кэтти – за исключением того, что касается Кэтти и его бизнеса.

Ася никогда не верила в Бога и не понимала – для чего верит Катя. Обрадовалась.

* * *

Женщина широко раздвинула бёдра, подставив партнеру Глубокую Сладострастную Щель.

– Ах! – тоненько постанывала Катя.

Мужчина яростно вдвигал в партнершу Двадцать Сантиметров до упора.

– Рррр! – с тембральной хрипотцой повизгивала Катя.

Прозвучал дверной звонок.

– Ой! Билл пришёл! – кареглазка отложила наушники и поползла открывать дверь.

На пороге ждали шесть верзил. Катю молча запнули назад – в «Гостиную комнату с микрофоном».

– Эх! – грустно сказала Катя.

Тут же кулак разодрал ей скулу, и нелюди основательно изнасиловали кареглазку, по ходу роняя:

– Где денежки, калечная тварь?

Катю вырвало, но великовозрастные балбесы не прекратили своего гнусного безобразия.

А потом к кареглазке все-таки заглянул мистер Смит.

Практичный янки не стал вступать в никчемный диалог, а достал боевой револьвер и отстрелил одному из засранцев его вздыбленный недостаток. Крик чувака распространился по девятиэтажному дому со скоростью звука.

– Fuckin you, – холодно процедил мистер Билл, поводя стволом. – Убирайтесь, ублюдки!

Ублюдки подхватили попавшего под раздачу приятеля, и убрались. Билли отнёс Катю на постель и вызвал личного врача. В милицию не обращались.

* * *

Милиция явилась сама.

Вальяжный дознаватель сообщил, что органам известно всё: и об оральном изнасиловании, и об отстреленных яйцах.

– Пиши заяву, Екатерина! – праведно громыхнул дознаватель. – Не упуская ни малейшего… С самого начала: как и когда познакомилась с Билли Смитом, сколько он передал тебе денег за время вашего знакомства, и за что!

– А Билл зачем?.. – удивилась кареглазка.

– Затем, что тебя хотели грабануть! И для того, чтобы налётчиков найти – следствию крайне важно знать предпосылки преступления! Детали, Катерина! – вещал милицейский. – Я найду этих козлов и утоплю их в их же испражнениях! Ты детали опиши!

В сем Пафосе кареглазка услышала знакомый голос. Или в голосе услышался знакомый Пафос? Детали были именно таковы – излишни.

– Эх, – грустно сказала Катя. – Быть умным – иногда возмутительно.

– Что? – не вкурил милицейский.

– Мистер Билл Смит – мой друг, – объяснила Катя.

– А я тебя посажу, тварь! – осознал дознаватель. – И в тюряге твое изнасилование покажется тебе доброй сказкой.

– Вы дерзайте, сказочник, – ободрила Катя. – И уходите.

Капитан ушёл, унеся с собой свое осознание.

Американец успокоил, что у него в милиции всё схвачено и откуда нарисовался дознаватель – непонятно. Скорее всего – это фанат, желающий пострадать за Правду. И Билли ему страдания устроит с помощью знакомых русских копов.

Катя отметила, что милицейский на фанатика не похож, а похож на типа, который просто так не отстанет – несмотря на отсутствие в нём фанатичности.

– Я всё решу к нашей пользе, – резюмировал Билли.

* * *

Мистер Смит развернул бизнес: наряду с мультфильмами занялся «Живой Порнографией». Катя стала стонать и за настоящих актеров, она уже получала $1.200 за один час экранного времени.

На случай очередного налёта Билли дал кареглазке маленький револьвер.

* * *

Предательским апрельским днем к Кате ввалилась группа ОМОНа во главе с дознавателем. Группа перетряхнула квартиру: забрала DVD-диски, домашний кинотеатр и микрофон. Паркетный коврик не тронули.

На Крыльях Отчаяния прилетела Ася. Она часто плакала, много жестикулировала и сбивчиво писала на бумаге.

– Билли арестовали! Почему я в ТАКОЙ печали?! Дак мы с ним спим! И не просто спим, а ещё и трахаемся!.. Да-да-да! Я беременна от Билли, а тебя я больше не люблю!..

Так сказала бы Ася, если б могла говорить.

– Отец Михаил! Причина всего – он! Жадный поп сначала устроил над тобой насилие, а после прислал к тебе милицию в лице своего родного брата!

Говорить Ася не могла, но кареглазка поняла всё без слов.

– Билли?! Всё знает, всё! У него есть кореш-полковник, который собирал компромат на грёбанных братьев! Но Билли опередили и в эту минуту ему паяют срок!

* * *

Катя была в шоке: предательство от Аси явилось Откровением. От Михаила девушка ждала что угодно: ещё со времени интервью, и поэтому не удивилась.

Кареглазка ушла в Трёхдневную Тоску.

А на четвёртое утро в дверь её квартиры позвонил человек: лет 32-33-х, в белом спортивном костюме. Брюнет, нескладная фигура, невероятной синевы глаза под пушистыми ресницами.

Человек вежливо улыбнулся и с достоинством молвил, глядя прямо перед собой:

– Доброе утро.

– Если вы считаете утро добрым – это ваша проблема! – зло буркнула Катя. – Говорите быстро, что от меня надо, и валите прочь!

Человек опустил глаза и… увидел кареглазку. Она сидела у порога и источала хмурость.

Гость явно озадачился, немного поколебался и… вдруг присел на корточки перед порогом. Мягко улыбнулся:

– Нет настроения? – он заглянул в карие глаза.

Катя отшатнулась, быстро прихлопнула дверь, крутанула замок – закрываясь от человека на двойной оборот ключа. Отжимаясь на руках, направилась – было – назад, в Тоску.

– Кареглазка! – яростно окликнул человек, открывая дверь, как будто замка нет и не было. – Я лишь хочу узнать, как пройти в квартиру номер сто семь?

– Что за чёрт!? – обернулась Катя. – Вы… типа фокусник, да?

– Я – психотерапевт, – с улыбкой молвил человек. – Мне сообщили, что в квартире номер сто семь есть во мне Потребность. А я плохо ориентируюсь в конструкциях многоэтажных домов.

– Я вас застрелю при любом движении в мою сторону! – Катя достала маленький револьвер из лифчика. – Идите, психотерапевт, к своему психу! Нужная вам квартира выше на этаж.

– Спасибо. Я… пожалуй, ещё зайду, – гость исчез из поля видимости.

– Психотерапевт, мать вашу так! – пробормотала кареглазка. – Вам надо банки грабить, а не души лечить!

Вновь закрывать дверь на замок Катя не сподобилась.

* * *

Днём кареглазка думала о том, как жить дальше: без подлой Аси и без привычной работы. Так ничего и не придумала.

* * *

Вечером из застенка позвонил Билли. В своей манере – без предисловий – заявил, что он в глубоком русском говне! И быть ему в тюряге лет десять, по минимуму! Если не случится Чудо! И поганые братья не сдохнут в одночасье!

В «Гостиной комнате без микрофона» появился дядька Аси, с авоськой книжек в усталых руках. Недопил: такое случалось часто и воспринималось Катей, как Данность.

– Bill, just to minute!{1} – попросила Катя. Она отложила мобильный телефон, достала заранее приготовленную сотку.

На этот раз алкоголика сотка не интересовала, он пришёл поделиться новостями.

– Только что! С… сгорела церковь Святой Троицы. До-оттла!.. А-ха-ха, – возбуждённо заревел библиотекарь.

– Три трупа! В пепелище! Там нашли три трупа. Три!

Асин дядька стал загибать нетрезвые пальцы:

– Раз – это настоятель! Ещё раз – это, ик! Брат настоятеля! Родной! Хэээ! Михеич – последний труп! Там! Так-то!

Работник культуры пошатнулся и упал на паркет, ползком отправился восвояси.

Катя сообщила боссу, что Чудо имело место быть только что! Здрав буде Бог! И на днях честный джентльмен выйдет на свободу!

Билли искренне обрадовался, по-английски вознёс хвалу американским Небесам, пообещал продолжить бизнес и дал отбой.

В глазах кареглазки мелькнули сожаление о Прошлом и ожидание Будущего.

Входную дверь она тщательно закрыла на два оборота ключа и навесила цепочку.

* * *

Щёлкнули дверные замки, вошла Одухотворенная Ася. Отирая закопчённый лоб, она знаками дала понять, что Чудо – дело её рук и сообразительности. Мол, любимый Билли почти свободен, а бессовестные родственные сволочи получили по заслугам!

– Молодец, Ася! – поощрила кареглазка. – Благодаря тебе люди будут слышать снова и снова мой редкий тембр голоса!

Ася лишь самодовольно усмехнулась. Катя достала из лифчика маленький револьвер. Взвела курок. Ася глупо, «по-коровьи», заморгала. Кареглазка надавила на спуск и мозги Аси брызнули на паркетный коврик.

– Билл скоро выйдет из тюрьмы, и мы с ним займёмся бизнесом! – убежденно заметила Катя. – А ты… Ты предала нашу с тобой Любовь! Во имя чего?.. Неужели ты не поняла, что мистер Билл Смит никого не любил, не любит и не полюбит. Для него важен только Его бизнес и Я, поскольку Я буду до седых волос приносить Ему прибыль!

Ася валялась в луже крови, зелёные глаза отражали недоумение. Похоже, девушка умерла – так и не поняв до конца, что умирает. Рука лежала на чуть вздутом животе.

За окном висела равнодушная темнота.

* * *

Ночью Катя нечаянно проснулась и рядом увидела человека. Гость сидел в кресле и при мутном свете луны листал книжку.

– Что ты читаешь? – со странным спокойствием спросила кареглазка.

– Пушкина, – неспешно ответил мягкий голос.

– Что именно?

– Немысля гордый свет забавить,
Вниманья дружбы возлюбя,
Хотел бы я тебе представить,
Залог достойнее тебя!
– Достойнее души прекрасной,
Святой исполненной мечты,

с восторгом подхватила Катя.

Дальше Они читали стихи вместе.

Человек перестал смотреть в книгу. Карие глаза Кати наполнились блаженством. Настал Тот «Момент умиротворения души», который бывает иногда у каждого разумного существа. В такой момент думаешь только о возвышенном и ничто не важно, кроме того, о чём думаешь!

Поэзии живой и ясной,Высоких дум и простоты;
Но так и быть рукой пристрастной,
Прими собранье пёстрых глав,
Полусмешных, полупечальных,
Простонародных, идеальных,
Небрежный плод моих забав,
Бессонниц, лёгких вдохновений,Незрелых и увядших лет,Ума холодных наблюдений,И сердца горестных замет!

– «Евгений Онегин», – вздохнула Катя, стирая слезинку. – Пролог к поэме.

– Александр Сергеевич умел писать гениальные стихи, – поддержал человек дрогнувшим голосом.

Помолчали недолго.

– Ты вылечил психа из сто седьмой квартиры? – с интересом спросила кареглазка.

– Он не псих, а несчастный заблудший человек, – поправил утренний гость. – Я помог ему обрести себя.

– Ты говоришь, как отец Михаил, – заметила Катя, щурясь в попытке разглядеть человека в тусклом лунном свете. – Батюшка пользовался моими деньгами и мною.

– Его убила Ася, вместе с милицейским братом.

– Да, я знаю. Ты такой же, как он? Или психотерапевты с криминальными способностями не грабят инвалидов?

– Почему Ты решила, что у меня криминальные способности?

– Ключи от моей квартиры имею я сама, и имела покойница Ася. И всё. А ты сидишь в моём кресле и читаешь Пушкина. И я уверена, что входная дверь заперта, дверные замки целы и окна закрыты изнутри.

– Тебя это тревожит, Ты меня боишься?

– Меня не надо лечить, психотерапевт, – горько сказала кареглазка. – Оставь свои вопросы для пациентов. Знаешь, когда… когда я сейчас увидела тебя, то почему-то подумала, что это именно ты, хотя… я не могу разглядеть твоё лицо в полумраке. Но я его хорошо помню, у тебя очень красивые глаза… – Катя пристально вгляделась в тёплый полумрак. – Дивно красивые. У тебя, наверно, нет отбоя от поклонниц?

– У меня много поклонниц. Только сейчас меня интересуешь только Ты.

– Хочешь со мной переспать? Если так, то можешь лечь рядом, и мы переспим. У меня никогда не было мужчины, я спала с Асей, и всегда хотела попробовать, каково это – секс с мужчиной!

– У Тебя будет мужчина, и Ты родишь ему здоровых детей, – небрежно обронил человек.

– Билл? – в раздумье произнесла кареглазка.

– Мистер Билли Смит никого не любил, не любит и не полюбит. А Ты полюбишь. И станешь любимой. – Он встал с кресла и протяжно зевнул. – Мне пора идти.

– Прощай, психотерапевт, – искренне улыбнулась Катя. – Ты хороший психотерапевт. Мы поговорили лишь пару минут, а я будто заново родилась. Родилась здоровой! Как будто нет паралича ног и мне не требуются невероятные усилия, чтобы самой забраться на унитаз! Как будто я не перезрелая девственница, мечтающая о горячей, плотской любви! Как будто не пережила я ложь отца Михаила!.. Как будто Ася и её ребёнок живы, а Билл… Джентльмен, которому доллары заменили чувства! Зайдёт завтра и скажет: «Кэтти, я принёс чудный мультик. Только ты его сможешь правильно озвучить. Там удивительно прекрасный, весёлый и добрый медвежонок»!.. И как будто я не просиживала целые дни на подоконнике, с печалью глядя на солнце, асфальтовую ленту дороги и резвящихся в песочнице детей!

Голос Кати дрожал от волнения, набирал силу! Она широко открытыми глазами смотрела «в пустоту», поспешно говорила и поспешно вытирала скатывавшиеся по щекам слезинки: смеялась и плакала одновременно!

– Я пришёл для того, чтобы Ты поверила, – мягко молвил человек. – Нет ничего сильнее веры! Нет ничего, кроме веры! Прощай, кареглазка, – гость растворился во мраке, за порогом спальни.

– Постой, психотерапевт! – Катя простерла ожидающие руки. – Когда мы снова увидимся с тобой?!

Вопрос проглотила томная тишина.

* * *

Ленивое утреннее солнце наполнило спальню благодатным светом.

Катя открыла глаза, наслажденчески потянулась, послав бездумную улыбку в потолок. Откинула одеяло, привычно подтянулась на руках и бросила обнаженное тело рядом с кроватью. Коленки с гулким стуком коснулись паркета.

– Ай! – вскрикнула кареглазка. – Что случилось?

– Боль, — впервые за долгие годы.

– Кто здесь? – недоуменно оглянулась Катя и вдруг поняла, что говорит сама с собой. И смотрит на свои длинные стройные ноги: «дьявольская восьмерка» с лодыжек исчезла.

* * *

В «Гостиной комнате с микрофоном», спиной к дверному проёму, глубоко в кресле, сидел человек. Кате сверху была видна его черноволосая макушка.

Кареглазка, не очень уверенно ступая, подошла. Оказалось, что макушка мужская и брюнет листает книгу.

– Читаешь Пушкина, психотерапевт? – понимающе улыбнулась Катя.

Человек обернулся, и кареглазка увидела лицо Билла.

– Хэлло, детка, – подмигнул мистер Смит. – Ты не против, что я сижу в твоём кресле? – Он встал. – Ты оставила входную дверь the open.

– Где Ася? – подозрительно спросила Катя.

– What? – нахмурился Билли.

– Ну, Ася! Та, с которой ты втайне от меня спал, и которая ждёт от тебя ребёнка.

– Я не понимаю тебя, Кэтти, – чуть раздраженно отозвался Билл и достал диск. – Я принёс чудный мультик. Только ты его сможешь правильно озвучить. Там удивительно прекрасный, весёлый и добрый медвежонок! – Янки залихватски подмигнул.

Кареглазка машинально взглянула на домашний кинотеатр со звуковой программой «АА». Немного подумала:

– OK, Билл. Ты подожди полчаса. Мне надо сходить в одно место, а потом я озвучу мультик. Это за углом. – Катя оправила сарафан и тихо вышла.

– Куда ты, детка!? – успела она услышать голос Смита.

* * *

За углом раскинулся небольшой пустырь в форме корабля. Судя по дымящимся головешкам – намедни пустырь не был пустырём, а был каким-то зданием. Или строением.

Среди тлеющих обломков понуро гуляла косматая, длиннобородая личность мужеского пола, со светлыми очами.

– Скажите, кто вы? – с трепетом спросила Катя, приблизившись.

На пожарище пахло ладаном и пряностями. Личность глубоко выдохнула, а потом вдохнула, рассеянно осмотрела кареглазку.

– Я – Михеич, – звучно ответил мужик. – Сторож церкви Святой Троицы. То исть, бывший сторож. От храма остался тока пепел, – он повел кругом смурной рукою.

– Храм сгорел в результате поджога! Да? – Катя зябко поёжилась.

– Проводка старая, – рассудительно изрек Михеич. – Глаголил я отцу Михаилу, Царствие ему Небесное, – сторож осенил себя широким крестом. – Менять надо провода, не послушал меня покойник. Сгорел вместе с храмом… и с братом. Видно, судьба им такая, Господь мудрее нас…

* * *

Катя подошла к своему дому, когда из подъезда выпорхнула Ася. Следом приятный мужчина вывез коляску для грудных детей. Коляска хныкала.

Ася озабоченно поджала губы:

– У Владика режутся зубки. Надо купить обезболивающий сироп.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась парочка с кареглазкой, чинно шествуя мимо.

Катя оглянулась вслед: молодая семья излучала гармонию, медленно удаляясь.

Из подъезда выбежал встревоженный Билл.

– Детка! Мне кажется – ты заболела! – Смит подтолкнул кареглазку к дому.

– Что с тобой, Билл? – снисходительно молвила Катя. – Беспокоишься о Своём бизнесе, которому Я приношу прибыль, не так ли?

– Я не понимаю, – американец наморщил лоб. – Это то, что называется загадочной русской душой!?..

– Билл, ты не напрягайся, – нежданно рассмеялась Катя. – Ты хороший, просто ты купец! – Она чмокнула Смита в щёку и потянула его за собой – в подъезд.

– Странные русские, – проворчал Билл по-английски, подчиняясь движению кареглазки.

* * *

– Разрешите присесть? Все столики заняты, а я не хочу кушать стоя. Простите за назойливость
Я – Сергей.

– Я буду рада, если вы присядете рядом со мной, Серёжа.

– Правда? – сомневался парнишка.

– Правда, – убежденно подтвердила Катя. – Ведь я должна полюбить и стать любимой. И родить здоровых детей. Я верю!

2008, 2012

 

© Ангелов А., текст, 2008, 2012

© Макаров В., обложка, 2012

© ООО «Издательство „Авторская книга“», 2012

 

Примечания

{1} Билл, подожди минутку! (пер. с англ.)

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru